Прошло четыре года со дня убийства первого мэра нашего города Виктора Ивановича Доркина. 30 марта на вопросы газеты «Открытая линия» ответил корреспондент Двести РУ Сергей Васильев.

- Сергей, где ты был в тот день? Как ты узнал о смерти Виктора Ивановича?

- Я хорошо помню, как в то утро четыре года назад у жены зазвонил мобильный телефон – рано утром, мы все еще спали. Звонила подруга жены, учительница из третьего лицея. Она прокричала в трубку: «Доркина убили!», прокричала так громко, что я всё услышал. Я вскочил с дивана, почему-то подошел к окну. Было пасмурно, кажется, шел дождь, туман какой-то… Жена стояла посреди комнаты с телефоном в руках. Лохматая. «Доркина убили», - шепотом сказала она. Такая киношная мизансцена: я стою у окна, за окном туман, капли на стекле, шепот: «Доркина убили»… Помню, как я пришел в редакцию «Угрешских вестей», как там все молчали, только телефон беспрестанно звенел, звонили жители и задавали один и тот же вопрос: правда, что Доркина убили?

- Почему это случилось?

- Не скажу ничего нового: причины экономические. Читайте Маркса. Нет такого преступления, на которое не пошел бы капитал ради высокой прибыли, кажется, так он говорил. Мораль? Совесть? Не убий… Не возжелай… Мораль и совесть делают предпринимателя неуспешным, так что «новые русские» предпочитают о них забыть. Бизнес давно перешагнул черту, за которой преступность становится легальной. Сегодня бизнес контролирует власть. Разве у кого-то это вызывает удивление? А Виктор Иванович Доркин  таки верил в совесть, в мораль. Что в итоге? Четырнадцать пуль. Кто-нибудь еще желает верить в совесть? Это же урок всем нам.

- Веришь ли ты в то, что убийство Доркина будет раскрыто?

- Нет, не верю. Там, конечно, найдут или уже нашли тех, кто стрелял, но заказчики им не по зубам. Раскрытое преступление – это когда объявили всему миру, кто преступник. В данном случае – кто заказчик. А винить во всем наемного убийцу – это то же самое, что говорить, что взрывы в метро устроили по своей инициативе шахидки. Не волнуйтесь, «там» знают, кто заказчик. Но всему миру его не представляют, потому что это невыгодно. Экономически невыгодно или политически – это уже другая тема. 

- Как бы город выглядел сегодня, если бы Доркин был жив?

- Это не совсем корректный вопрос. Город стоял бы на том же самом месте. Также текли бы ручьи, зеленели листочки, щебетали птицы. Или шел бы дождь. Весна – она ведь не зависит от того, кто глава города – Доркин или Плешаков. И кризис тоже не спрашивает, кто у вас глава города? Почему-то принято думать, что при Доркине горы Шанхай уже бы не было, а на ее месте стояли новые дома с квартирами для учителей и врачей. Я так не думаю. А еще люди уверены, что если бы сейчас был Доркин, то на улицах было бы чисто. Тут вопрос веры. Сегодня все говорят, что если бы Доркина не убили, город выглядел бы гораздо лучше. Ну хочется людям в это верить, пускай верят. Никто ведь не скажет, как бы выглядел город Дзержинский, если бы Доркин был жив. Доркина убили, но люди-то остались. А то, как выглядит город, определяет не только мэр, но и эти самые люди, жители города.

Беседовала Алла Кечеджан